Главная страница » ЗАПИСИ » мое графоманство » Попаданец. Денис Григорьевич

Попаданец. Денис Григорьевич

Глава I Сюрпри-и-из!

Денис Григорьевич, наш современник, мужчина карлсоновского возраста – в самом расцвете сил, то есть, слегка за пятьдесят – проснулся в прекрасном расположении духа. Вернее, еще не проснулся, а находился на той зыбкой грани между сном и бодрствованием, когда сознание, отвлекаясь от своих ночных грез, начинает реагировать на окружающую реальность, и первые мысли, позевывая, делают свои первые шаги, гулко отдающиеся в пустоте черепной коробки.

Во всем теле Денис Григорьевич ощущал давно забытую легкость и скрытую энергию. «Начинаю, значит, привыкать к новой профессии, — лениво подумал он, — первые месяцы весь разбитый от усталости просыпался. И в туалет ночью не вставал. Неужто простатит отпускает?». Его размышления прервал голос, который ни один человек никогда не спутает с любым другим: «Дениска! Вставай!». «Мать-покойница снится, — отрешенно отметил Денис Григорьевич, — к чему бы?». Но голос был настойчив: «Вставай, иди завтракать. В школу опоздаешь!».

Трудно сказать, что произвело на разведенного пятидесятилетнего мужчину большее впечатление: давно не слышанное приглашение позавтракать или совершенно неуместное слово «школа». От удивления его глаза наконец-то открылись. И первым, что он увидел … был, конечно, побеленный потолок, со змеящейся трещиной в месте стыка панелей перекрытия. Задержавшаяся в царстве Морфея часть мозга выдала легкую обиду. Дело в том, что не далее как два года назад Денис Григорьевич лично, пыхтя от усилий, покрасил стены и потолок в оранжевый цвет в целях борьбы с осенне-зимней депрессией. Колеровка краски обошлась ему недешево – цена на оранжевый колер оказалась чуть ли не самой высокой — поэтому своим интерьером Денис Григорьевич очень дорожил.

Но, в общем и целом сознание не подвело и, как и следовало ожидать, панически заверещало: «Где я? Кто я?». Впрочем, бегло оглядев комнату с мебельным гарнитуром из братской ГДР и лежащими на столе учебниками, Денис Григорьевич ответил не только на эти два вопроса, но и на не менее уместное «когда я?» — он, 16-летний старшеклассник Денис Павловский, находится у себя в комнате, а на дворе 1982-ой год, последний год жизни «дорогого Леонида Ильича Брежнева». Судя по деревьям за окном – золотая осень, сентябрь, начало учебного года.

Надо отдать моему герою должное – в экстремальных ситуациях, как и всякий русский человек, он проявлял похвальное самообладание и развивал бурную деятельность. Вот и теперь он взял себя в руки, оделся и пошлепал на кухню завтракать, отчасти ведомый давным-давно забытым запахом сваренных домашних пельменей. К ним прилагался столь же домашний, приготовленный по семейному рецепту, томатный сок.

Непривычная пища, без сои, крахмала и Ешек, на организм попаданца отрицательного воздействия не оказала. Позавтракав, Денис Григорьевич даже подумал: «Не все во времена предыдущего застоя было так плохо, как говорят». В этой мысли он еще больше утвердился по дороге в школу: встречные девушки кидали на него более заинтересованные, чем в последнее время, взгляды. Правду сказать, в последние годы девушки на Дениса Григорьевича и вовсе не смотрели.

Поблагодарить автора:

  • кнопка аффтар! пеши исчо!
  • кнопка аффтар! выпей йаду!
Поделиться. Если что, разрешите скрипты - кнопки и появятся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.